07:10 

Как le papillon кровать собирала

Le papillon))
"Бояться иронии - значит, страшиться разума" С. Гитри
Эта история началась с того, что я и мой добровольный носильщик, а по совместительству — близкий приятель Д. вернулись домой из магазина, нагруженные разного рода поклажей не хуже караванных верблюдов.
— У-ф-ф! Ну ты и горазда делать покупки! — тяжело дыша, проговорил Д., бесцеремонно бросив в угол особенно тяжёлый пакет. В пакете что-то жалобно звякнуло. Так как в перечне моих приобретений не значилось ничего, способного издавать такие звуки, я насторожилась, но тут же отвлеклась на очередную реплику Д.
— Пусть тебе твой Н. сумки таскает!
Я терпеливо объяснила, что мой Н. находится в очередном вояже по Европе и вытащить его оттуда даже ради такого знаменательного события, как поход со мной по магазинам, будет весьма проблематично.
— Ладно, эксплуатируй, пока я добрый! — великодушно разрешил Д. — А я пойду домой, пока ещё не нажил с тобой грыжу.
У меня возник вполне логичный вопрос, куда отправится Д., если всё-таки эту грыжу наживёт, и не намерен ли он в таком случае поселиться у меня, но я была поглощена другой проблемой и потому промолчала.
— А у меня кровать не собрана, — пожаловалась я. — Вот уже неделю как куплена и не собрана.
— Не дрейфь, Леська, что-нибудь придумаем! — успокоил товарищ и удалился, на прощание покровительственно похлопав меня по плечу.
— Вот и вся помощь! — ворчливо пробормотала я и начала разбирать сумки.
За этим занятием меня и застал громкий и требовательный стук в дверь.
От неожиданности я уронила на пол коробку с тортом, помянула недобрым словом свои обширные социальные связи и посмотрела в глазок.
На площадке маячили два давно не бритых типа с мрачными физиономиями, наводящими исключительно на мысли о непочтении данных типов к Уголовному кодексу.
— Кто там? — спросила я, как мне казалось, вполне строгим голосом.
Впрочем, тут же стало ясно, что вместо строгого голоса до визитёров донёсся какой-то мышиный писк.
— Мы — мастера! — гордо заявил один тип, пониже, старательно улыбаясь в глазок.
Хищная улыбка подсказала мне, что квалификацию этот мастер приобрёл отнюдь не в цехе у станка.
— Какие мастера? — упавшим голосом спросила я, мгновенно вообразив себе матёрого домушника с набором отмычек и ломом за пазухой.
— Кровать собирать будем, — нехорошо ухмыльнулся второй тип и зачем-то продемонстрировал мне здоровенный перфоратор.
«Точно, мастера, — обречённо подумала я. — Работники ножа и топора».
— Открывай, хозяйка, у нас времени мало! — раздалось из-за двери.
— Не открою! — героически пискнула хозяйка. — Уходите! Я сейчас полицию вызову!
— Придурочная хозяйка, — осуждающе заметил первый тип. — Вы лучше приятелю своему позвоните. Это он нас позвал. Мы кровать пришли собирать.
— Какому приятелю? — при упоминании кровати я окончательно разъярилась и теперь изъяснялась тоном, близким к шипению разбуженной в недобрый час кобры.
— А такому приятелю, который Д., — почти вежливо ответили мне. Естественно, я тут же вняла этому дельному совету и мгновенно набрала номер друга, причём отнюдь не с целью философской беседы о погоде.
Позже Д. рассказывал, что мои реплики отличались удивительной эмоциональностью и лаконичностью.
— Какого чёрта! — заорала я в трубку. — Какого, я тебя спрашиваю, чёрта!
Ошеломлённый столь бурным проявлением чувств, друг сумел добиться от меня более осмысленной речи далеко не сразу.
— Кого ты ко мне подослал? — с трудом оставив тему нечистой силы, поинтересовалась я.
— Как кого? — искренне удивился Д. — Рабочих, чтобы кровать собирать. Нормальные, вроде, ребята, они у наших соседей ремонт делают.
— Спасибо тебе, дорогой Д., за заботу! — язвительно проговорила я. — Век тебе этого не забуду!
Д. не успел выяснить причину столь пылкой благодарности, потому что я повесила трубку.
Найдя объяснение внезапному визиту мрачных типов, я снова прильнула к глазку, оценила габариты нежданных гостей и, обречённо вздохнув, открыла дверь.
— Ну, здрасьте, хозяйка! — угрожающим тоном произнёс здоровяк с перфоратором.
«Всё, капут, — пронеслась у меня в голове трагическая мысль. — Убьют и закопают мои бренные останки в горшке с фикусом».
«Погиб поэт, невольник чести!» — съехидничала я-человек.
«Я памятник себе воздвиг нерукотворный», — вяло огрызнулась я-автор.
На этом поэтическую дискуссию пришлось завершить, ибо уголовного вида мастера явно ждали от меня реакции на приветствие.
— З-з-здрасьте… — прозаикалась я, отступая вглубь квартиры.
— Да Вы не бойтесь, — проявил редкостную проницательность мастер пониже. — Мы не кусаемся.
— Гы-гы! — подтвердил его шкафообразный напарник.
Я внезапно сообразила, что фикуса у меня нет, и склоняться над моей уединённой могилой на манер лермонтовского дуба будет разве что какой-нибудь из моих многочисленных кактусов.
Мысль эта была до того печальной, что я горестно вздохнула и неодобрительно покосилась на кактусы. Вопреки ожиданиям, кактусы от моего взгляда не завяли.
— Ну, куда проходить? — угрюмо спросил верзила, оглядев наш тесный коридор и не обнаружив в нём никаких намёков на требующую сбора кровать.
— Туда, — робко сказала я, указав рукой в сторону нужной комнаты и прикинув, нет ли там каких-нибудь особо ценных вещей, дабы не искушать судьбу в лице свалившихся мне на голову мастеров. Однако ценнее громоздкого телевизора был только забытый в кресле справочник Розенталя, польститься на который мог разве что обезумивший филолог вроде меня. Однако, памятуя последний визит кафельщиков, закончившийся утратой особо ценного динамофонарика и лампочки в 40 ватт, справочник я всё-таки унесла на кухню.
разумеется, так как речь шла обо мне, история на этом не закончилась

@темы: будни сумасшедшего филолога

URL
Комментарии
2012-01-13 в 17:45 

ketinosha
К ошибкам - это не ко мне, а к моей клавиатуре (c)Некий йуйный аффтар
о боже!Это прекрасно)))))

2012-02-11 в 10:00 

Le papillon))
"Бояться иронии - значит, страшиться разума" С. Гитри
ketinosha, спасибо!

URL
   

Записки сумасшедшего филолога

главная